Меню

Борзунова Светлана Аркадьевна

 

(20.11.1951-01.12.2006) 

 

 

 

«Я убеждена, что биография поэта – в его стихах. Внешние события жизни не столь сильно отражаются на творчестве, как тайные, скрытые от всех движения души, порождённые порой совсем неприметным фактом. Но внешняя судьба существует у каждого». Довольно часто на творческих встречах с известной амурской поэтессой зрители интересовались: - «Каким образом вам приходят в голову сюжеты? Как вообще рождаются стихи». При всем желании творец не сможет объяснить, как появляются стихи, отчего вдруг к нему приходит особое состояние души, лихорадочное и взвинченное или, наоборот, удивительно спокойное, умиротворенное, когда кажется – если сейчас изложить мысли на бумагу, перехватит дыхание и отключится мозг. 

Все мы члены одного союз,
Чтоб прорваться
К свету через тьму.
Реет издевательская Муза,
Членские билеты ни к чему.
Ищем на земле единоверцев,
Души проверяем на просвет,
Помните про боль
Зубную в сердце?
Вот и весь вам,
 В сущности билет. 

Родилась 20 ноября 1951 года в Томске. Раннее детство прошло в Бийске, на Алтае, на берегу горной реки Бии, где по признанию поэтессы, она начала осознавать себя как личность. С бабушкой Антониной Андреевной Новиковой вечерами часто любовалась закатом. К чтению пристрастилась с детства. «В семье было принято читать вслух. До сих пор помню чувство сладкого ужаса, охватившего меня, когда читали «Страшную месть» Гоголя. Бабушка читала мне то, что интересно самой: романы Гюго, Мельникова-Печерского, «Угрюм-реку». Любимой книгой были сказы Бажова – мне постоянно напоминали: это про дедушкину родину». Светлана рано стала самостоятельной, с мамой жила только с 9 до 14 лет, отца не знала.

«Когда репрессировали деда, семья должна была публично отречься от него, как «врага народа». И они отреклись. Деда выпустили только перед смертью. Когда его хоронили, отец Светланы был ещё школьником, сидел на уроке. Учительница сказала: «Хоронят твоего отца, иди, проводи его в последний путь». Он ответил: «Нет» - и не пошел. Дед при Николае II служил в Преображенском полку, затем стал священником, в 1930-е годы был репрессирован. Отец поэтессы отличался «своеобразным» характером. «Однажды какие-то рабочие ломали церковь и всё никак не могли сорвать крест. Мимо проходил отец: «Да вы не так делаете!» Подошёл и сорвал его, крест упал по ноги. Никто не просил его, сам вызвался. И потом отец очень часто повторял: «Я теперь этот крест всю жизнь несу».

Стихи начала писать, как и все, лет в пятнадцать, когда впервые влюбилась. После окончания школы поступила в Томский университет на филологический факультет. В университете она получила возможность заниматься тем, что нравилось. По воспоминаниям поэтессы в эти годы много читала произведений Пастернака, Мандельштама, Ахматовой. Одна из курсовых работ была посвящена лирике Анны Ахматовой, с творчеством которой нередко сравнивают её стихи. 

Руки настежь – и опрометью с крыльца.
Губы жаркие и сбивчивая речь.
Всё хотелось объясниться до конца,
 Всё хотелось от чего-то остеречь. 

Первые стихи были напечатаны в университетской многотиражке. Помимо литературы, в студенческие годы были увлечения спортом и бардовской песней. Поэтом Светлана Борзунова осознала себя поздно, к 25 годам поняла, что это «путь, сужденный судьбой, и свернуть с него не удастся». После университета она работала диктором на радио, журналистом, была членом литобъединения «Томь». В 1984 году участвовала в VIII Всесоюзном совещании молодых писателей в Москве. Стихи её печатались в журналах, в коллективных сборниках в Москве, Новосибирске, Томске.

В 1986 году Светлана Борзунова переехала в Благовещенск, на родину мужа. Здесь работала в газетах «Амурский комсомолец», «Амурская правда», «Комсомольская правда на Амуре». В 1978 году её приняли в союз журналистов, а в 1994 - в Союз писателей России.

Ранние стихи составили поэтическую подборку «Нелётная погода» (1988), вышедшую в Хабаровском книжном издательстве. В 1991 году появляется сборник «Яблоки райского сада», в 1997 – «Пока ещё люблю». В последний прижизненный сборник «Ты – моя судьба», опубликованный в 2001 году, вошли стихотворения разных лет. «Все мои стихи – о любви и смерти», - признавалась поэтесса. И объясняла так: только эти два сильных мотива достойны лирики всё остальное – проза жизни. 

Наваждение? Пытка? Мираж?
Наказанье за прошлое счастье?
Штамп затрепанный: сердце на части.
Ты решил очень коротко: блажь.
Не сумела тебе рассказать
О глубинах испытанной боли.
Ты не понял, а мне не грешно ли
Что-то задним числом объяснять?

Её стихи простые и пронзительные, с особенными словечками и мягкой иронией, целомудренные и откровенные до дрожи в коленках. Прожитые самим автором до последней запятой, до мельчайшего нюанса настроения. Ещё Светлана Аркадьевна выработала собственную «формулу успеха». Любое написанное стихотворение, каким бы гениальным оно ни казалось автору, непременно должно отлежаться до следующего утра, которое, как известно, мудрее вечера. И лишь после этого выносился вердикт: годится, переделать или в урну. Писала С. А. Борзунова исключительно когда на неё находило вдохновение.

Главной поэтической темой сборника «Яблоки райского сада» – эта тема любви.

Воздуха хватит,
Чтоб выдохнуть имя твоё.
Жизни не хватит –
До дна исчерпать эту осень.
Бред полнолунья.
Снотворное – с мятой питьё.
Сохнет во рту.
Этот жар батареи несносен…
Так не влюбляются.
Так только сходят с ума.
Кровь на губах.
Её привкус и солон, и сладок.
Нет избавленья.
Я выбрала долю сама.
Терпка оскомина
Яблок из райского сада.

Яблоня – образ извечного круговорота жизни и смерти, символ не только неизбежного умирания, но и неминуемого воскрешения. Яблоко – символ всепоглощающей любви, которая в художественном мире поэтессы не простое совпадение душ, это «сумасшествие без избавления». Любовь в стихах амурской поэтессы «сверхчувственна». Любовь двояка – «солона и сладка», и даже плоды яблони – символ умиротворённости чувств, оставляют «терпкую оскомину». Лирическая героиня отождествляет себя с Евой:

Помнишь ужас изгнанья из рая?
Гром небесный взорвался и стих.
И ошибок ты не повторяешь
Никаких – ни своих, ни чужих.
Я твою заслужила досаду.
Я опять до утра не усну.
Плод запретный из райского сада
 Мне навеки поставлен в вину… 

Любовь как потрясение и «гром», яблоко же становится знаком первого греха, отвечать за который приходится исключительно женщине. 

Кого винить? Я знала наперёд –
До первых слов, до первых поцелуев,
Что на меня вся тяжесть упадёт,
И что тебя проклятие минует.
Ступай, родной. Глаза мои сухи.
Давным-давно Господь решил во гневе,
Что впредь за все совместные грехи
Всегда одной расплачиваться – Еве.

Ева – исток жизни, слитый с «весенним днём», «тополиным пухом», женский прообраз, неотделимый от природной стихии. Яблоко – метафорический прототип любви, впервые испробованной Евой. Любовь – «древняя» и неотъемлемая часть мироздания, дарованная высшей силой, это божественный удел, от которого не скрыться.

С стихотворениях, составивших сборник «Пока ещё люблю», тема любви по- прежнему является центральной.

В райский сад брести куда?
Все плоды опали с древа.
Проворонил ты, Адам,
И любовь свою, и Еву. 

Вселенная любви пронизана растительными образами, это мир живой, цветущий, несмотря на все невзгоды, наполненный счастьем и безмерным оптимизмом. Любовь, олицетворённая в образе яблока, – это неотъемлемая частица мироздания. 

Чего ты жаждешь, человек?
Тебе даны уже исконно
Цветенье лип, паренье клёна,
 Неторопливый лепет рек. 

Лирическая героиня всё также готова жить и страдать ради любви, её не пугают трудности и превратности судьбы.

Боль предательства, мрак и холод –
Поседела душа в скорбях.
Но со мною ты будешь молод,
Потому что люблю тебя,
Потому что душа нетленна,
Потому что в известный час
Нам с тобой вся любовь Вселенной
Отзывается в резонанс.

Любовь у поэтессы одаривает и радостью, и горем, и предательством, и разочарованием, но это всегда – счастье. Потому что позволяет преодолеть всё, разъединяющее людей, заставляя слиться и оставаться вместе навсегда. В этом сборнике автора волнует уход друзей «Всё тяжелей становится весло…», судьба России «Русь плакучая, родина, горе…», одиночество, бессмысленность существования «Где в трёх соснах…». Поэтический мир Светланы Борзуновой красочен и ярок, наполнен образами багульника, берёзы, вербы, вишни, калины, каштаны, клёна, мяты, сирени, тополя, среди которых главенствует яблоня в таких стихах, как «Я тебе не нужна?», «Полувесна, полузима», «Если всё в душе мертво…», «Не поверю, не поверю…». Яблоня соединённая в лирическую вселенную поэтессы с образом цветущего сада, воплощение гармонии чувств, зарождение и торжества любви. Любви, как и растению, суждено не только увядать, но и неизменно возрождаться в стихах «Последняя весна», «Время двигаться назад», «На снегу узор прострочен…». Стержневым в лирике поэтессы становится образ огня.

А первый пламень был жесток,
Ума веленью непослушен.
Он грешен был, поскольку жёг
 Одно лишь тело, но не душу… 

В сборнике «Ты – моя судьба» образ огня даст название циклу стихов. Огненное начало, соединяясь с любовной тематикой, воплощается в разных поэтических образах. Огонь-любовь предстаёт стихией неизведанной, манящей. 

Взметнулись язычки огня,
Робки и к гибели готовы.
Их так легко унять
 Одним неосторожным словом. 

Если огонь – неукротимая и бесконтрольная сила, то костёр как некая упорядоченная огненная форма. 

Очень женское дело – пламя.
Сущность жизни – тепло и свет,
И любовь (только между нами)
 Той же серии. Разве нет? 

Костёр любви – женское творение, восходящее к истоку существования – жизни. 

Мы сели рядом, разожгли костёр.
Простой костёр.
И видишь – жизнь вернулась,
 Наша жизнь – костерок во мгле. 

Огненным началом в русской поэзии является образ свечи. Горящая свеча – это лирическая героиня, переполненная любовью. 

Свеча горела на берегу
У озера. Ветер в такт
Гитара плакала: не могу
Я жить без тебя никак.
И плакала рядом твоя жена
О том, что душа
Плыла над озером грёз и сна,
 Иною судьбой дыша. 

Пылаюшая свеча – воплощение страсти «С двух концов гори, моя свеча», выражение надежды – «Бессонница, и полночь, и свеча…», угасающее пламя – признак несбывшейся любви «Семь надежд моих, семь песен, семь печалей…», «Уснуть с трудом. Опять проснуться ночью», «Не преклоняясь перед давностью…», «Никакого волшебства».

Главным временем года у поэтессы является «Её величество Весна», она наполнена надеждой на любовь и счастье. «Увлеку неожиданной лаской…», «Случилось так, что запоздала…». Май – самый противоречивый из месяцев года, с одной стороны «Цветущий», дарующий любовное воссоединение, а с другой – «тяжёлый и угарный», предсказывающий скорое увядание чувств. Лето разукрашено оттенками эмоций. Июнь является олицетворением взаимности, июль – «разрывающая мука», «беспамятство», взрыв переживаний, август – волшебная пора звездопада, когда возлюбленные родственны.

Вместе в небо тревожно и сладко
ы смотрели, про всё позабыв.
Там кружила небесная вьюга,
Там цвели золотые сады.
Две звезды, приближались друг к другу
 И сливались у самой воды. 

Осень – время расставаний, лишь золотая листва сентября напоминает о былом пожаре чувств. Октябрь уплывает кораблём в зиму. 

Тебя в городе нет.
Город пуст и ветрами пронизан.
 Надорвавшись, опали в снега паруса октября. 

Крещенский январь – торжество смерти, в которой всё обретает родство, встречаются души возлюбленных, не слившихся в земной жизни. Бесконечность холодной зимы – символ долгого ожидания любви, способного навсегда заморозить пламень чувств. 

Полубольна, в плену вселенской стужи.
Пригрело солнце, и весна пришла.
И оказалось – ты уже не нужен.

Волей судьбы зима стала не только поэтическим знаком умирания чувств, но и временем ухода поэтессы, скончавшейся 1 декабря 2006 года. 

Жизнь проходит мимо, мимо.
И уносит счастье и покой.
Разве это так необходимо
Быть любимой всеми и собой?
А когда-то был неисчерпаем
Мой запас и радости и слёз.
Только пес меня встречает лаем
 И целует руки, щеки, нос. 

Прекрасная поэтесса, замечательный человек, земная женщина с типичной российской судьбой. В этой судьбе было сполна всего: предательства, подлости, бедности, но больше – бескорыстия и любви.

Никогда ничего не будет.
Старый друг обо мне забудет.
И возлюбленный открестится.
Вот тогда я и стану птицей.
Ни гнезда, ни дупла,
Только небо. И в нём растаю.

На стихи поэтессы написаны песни: «Годы мимо, горе мимо», «Важно знать, что мы вместе», «Когда уснёт дитя», «Зима снегами белыми цвела», «По морозным стёклам», «А было», «Ну что же, здравствуй» и другие. Музыку к стихам писал Сергей Зражевский. 

«Босые души» - сказано о поэтах. Это и про Светлану Борзунову. «Обутым» душам легче жить, но им, видимо, не даётся творчество.

Не прощаемся, не прощаемся,
Только к прошлому возвращаемся
Через бывшее – поперёк-насквозь,
Где и вместе мы, и всегда поврозь,
Где разрыв-трава и полынь-трава,
Где любовь меж нас
Навсегда жива.

 

Произведения С. А. Борзуновой

Отдельные издания

 

Пока ещё люблю: лирика / С. Борзунова. – Благовещенск: Амурская правда, 1997. – 120 с.

В стихах суть жизни – любовь: «Любовь – единственная известная мне дорога к постижению истины, к мировой гармонии». В её стихах открывается мир женской души, нежной, ранимой, страстной. 

Безумен этот мир. Безумна и сама я –
Тянуться за теплом к сгоревшему углю.
Пока ещё люблю. Уже не понимаю.
 Пока ещё люблю, пока ещё люблю… 

Любовь в поэтическом мире поэтессы редко предстаёт счастливой, скорее она «горькая» и «трудная», «невостребованная» и «запоздалая». Но всегда это всплеск чувств и накал переживаний. 

Сначала просто: я твоя,
Ты – мой. И тем вопрос исчерпан.
Любовь волной тугой и терпкой,
Несёт меж рифов бытия.
Но замедляет бег прибой.
И вот – тончайшей ноткой фальши –
Ну, ладно: я твоя, ты – мой,
 А что же дальше, что же дальше? 

 

 Ты – моя судьба: стихи / С. Борзунова. – Благовещенск: ПКИ «Зея», 2001. – 160 с.

Последний прижизненный сборник, в который вошли стихотворения разных лет, в большинстве читателю не знакомые. Сначала стихи о любви не печатали, потому что они о любви, и в советское время особого интереса не вызывали. Нет такого оттенка любви, о котором бы не было сказано, от нежных, едва уловимых прикосновений и объяснений взрыва страстей, сжигающих всё вокруг. 

Но душа твоя рвётся,
Будто бабочка на свет,
Жарко вспыхнет, загораясь,
От небесного огня,
Задыхаясь, обмирая,
 Умирая без меня. 

  

Яблоки райского сада / С. Борзунова: лирика. – Благовещенск: Хабаровское кн. изд. Амурское отд., 1991. – 72 с.

В этом сборнике любовь – запретный плод, и вкусивший его обречён на расплату и вечное страдание. 

Я твою заслужила досаду.
Я опять до утра не усну.
Плод запретный из райского сада
 Мне навеки поставлен в вину… 

Главное в стихах единение, слияние душ лирической героине и героя, остальное не важно, реальна только любовь.

 

 

Из публикаций в периодической печати и сборниках 

 

Стихи / С. Борзунова // Приамурье – 1994: литературно-художественный альманах / С. Борзунова / ред. – сост. В. Г. Лецик. – Благовещенск: ООО Издательская компания «РИО», 1994. – С.3-4. 

 

Стихи / С. Борзунова // Приамурье – 2000: литературно-художественный альманах / ред.-сост. В. Г. Лецик. – Благовещенск: ООО Издательская компания «РИО», 2000. – С.33-34. 

 

Стихи / С. Борзунова //Приамурье – 2001: литературно-художественный альманах / ред.-сост. В. Г. Лецик. – Благовещенск: ООО Издательская компания «РИО», 2001. – С.17-18. 

 

Памяти Владимира Алюшина: стихотворение. Стихи / С. Борзунова // Приамурье – 2005: литературно-художественный альманах / ред.-сост. В. Г. Лецик. – Благовещенск: ООО Издательская компания «РИО», 2005. – С.79-80.

 

«Я – только слово из чьей-то забытой строчки» / С. Борзунова //Амурская правда. – 2006. – 3 ноября. – С.5. 

 

Стихи / С. Борзунова // Амур: литературно-художественный альманах. №6 / ред. – сост. А. В. Урманов. – Благовещенск: Изд. БГПУ, 2007. – С.4-6. 

 

Стихи из книги «Пока ещё люблю» / С. Борзунова // Лауреаты Амурской премии. Поэзия. Проза. Драматургия. – Благовещенск: ООО Издательская компания «РИО», 2010. – С.116-135. 

 

Отвага любви: стихи / С. Борзунова // Приамурье – 2012: Амурская областная общественная писательская организация: ООО Издательская компания «РИО», 2012. – С.438-465. – (Мы их помним).

 

 

 

Литература о жизни и творчестве

 

Бобошко, Александр. Строчки на память / А. Бобошко // Амурская правда. – 2007. – 29 ноября. – С.3. 

 

Борзунова Светлана Аркадьевна // Энциклопедия литературной жизни Приамурья ХIХ – ХХI веков /составление, редактирование, вступ. статья А. В. Урманова. – Благовещенск: Изд-во БГПУ, 2013. – С.70-73. 

 

Давыскиба, Виктория. Неформатный гений / В. Давыскиба // Московский комсомолец на Амуре. – 2005. – 23-30 ноября. – С.12. 

 

Климычева, Юлия. Поэзия и жизнь – разные жанры / Ю. Климычева // Амурская правда. – 2006. – 2 декабря. – С.3. 

 

Николаева, Ольга. Растаяла в небе… / О. Николаева // Приамурье – 2012: Амурская областная общественная писательская организация: ООО Издательская компания «РИО», 2012. – С.466-469. – (Мы их помним). 

 

Ушакова, Ирина. Свет-река Светланы Борзуновой / И. Ушакова // Моя мадонна. – 2006. - №48. - С. 4. 

 

Ушакова, Ирина. Эхо любви. Светлана Борзунова /И. Ушакова // Моя мадонна. – 2007. - №47. – С.11. 

 

Материал подготовлен библиографом библиотеки «Центральная» Дружиной Г.В.